– А человекообразные?

– Даже не притронулись,– мрачно ответил Джереми.– Я уж и так и эдак, даже в молоко клал – не едят, да и только.

– А подержать их впроголодь пробовал?

– Нет,– сказал Джереми с виноватым видом.– Чего не пробовал, того не пробовал.

– Ну так попробуй,– предложил я.– Завтра же посади их на одно молоко и предложи "пирожок". И посмотри, что выйдет.

На следующий день – знакомый стук и знакомое: "Это я, Джереми".

– Я насчет человекообразных,– доложил он, стоя на пороге гостиной.– Мы оставили их без завтрака, потом дали молоко и "пирожок". Все равно не едят. Что будем делать?

Я был озадачен не меньше его. В Базельском зоопарке все животные охотно ели "пирожок". Очевидно, нашей смеси чего-то недостает. Мы позвонили мистеру Лемаркану.

– Как вы думаете, что можно добавить в смесь, чтобы она была вкуснее и заманчивее?

Он поразмыслил несколько минут, потом дал блестящий совет:

– Как насчет анисового семени? Абсолютно безвредно, и большинство животных любят его запах.

– Пожалуй, вреда не будет,– согласился я.– Вам нетрудно приготовить смесь с анисовым семенем?

– Что ж, это нетрудно,– ответил мельник, и отныне мы стали получать "пирожки", пахнущие анисом.

Животные с первой же минуты пристрастились к ним. До такой степени, что с той поры самым любимым видам корма они предпочитали "пирожки". Смесь явно пошла им на пользу, и приплод увеличился. За год после введения нового рациона было получено потомство от двенадцати видов млекопитающих и десяти видов птиц, и мы были чрезвычайно довольны собой.

Пожалуй, самыми важными, но и самыми тревожными для нас в тот год были роды у южноамериканских тапиров. Папаша, Клавдий, приобретенный мной в Аргентине, в свое время причинил нам немало хлопот: он удирал из зоопарка и производил опустошения в соседних садах и на полях. Но после того как мы нашли ему супругу, Клодетту, он остепенился, стал солидным и дородным.